Вопрос
Нам важно ваше мнение!

Помогите нам стать лучше - выберите Ваш вариант ответа на вопрос о представляемых услугах компании.

г. Тверь
Новая лаборатория
Безупречноекачество
Связаться с нами 4822 55-05-05
Ваш город:
г. Тверь
  • г. Тверь
  • г. Вышний Волочек
  • АКЦИЯ «БУДЬ ЗДОРОВ!»

    скидка 20% на анализы

     

    Акция распространяется на клинические
    и биохимические исследования

     

    ГОТОВЫЙ РЕЗУЛЬТАТ УЖЕ ЧЕРЕЗ 3 ЧАСА!

    Узнать подробнее

Новое в лабораторной диагностике и интерпретации результатов

 

СОДЕРЖАНИЕ

1.   АВИДНОСТЬ АНТИТЕЛ В ДИАГНОСТИКЕ ИНФЕКЦИОННЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ

2.   НОВОЕ В ДИАГНОСТИКЕ УРЕАПЛАЗМОЗА, МИКОПЛАЗМОЗА, ЦИТОМЕГАЛОВИРУСНОЙ  ИНФЕКЦИИ

3.   ЛИСТЕРИОЗ

      4. ГИПЕРГОМОЦИСТЕИНЕМИЯ  КАК   ЭТИОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКТОР РЕПРОДУКТИВНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ ПРИ ТРОМБОФИЛИИ

      5. ПРЕНАТАЛЬНЫЙ БИОХИМИЧЕСКИЙ СКРИНИНГ РИСКА СИНДРОМА ДАУНА (ТРИСОМИЯ 21). Второй триместр (15-18 неделя)

 

 

 АВИДНОСТЬ АНТИТЕЛ В ДИАГНОСТИКЕ

ИНФЕКЦИОННЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ

Расширение возможностей в лечении и профилактике инфекционных заболеваний нуждается в быстрой и точной диагностике. Ранняя диагностика первых случаев эпидемических инфекций позволяет своевременно провести противоэпидемические (профилактические) мероприятия. Установление первичного инфицирования возбудителями внутриутробных инфекций играет существенную роль в предотвращении врожденных патологий.

Традиционные иммунодиагностические методы, используемые для серологической диагностики острой фазы вирусных, бактериальных и паразитарных инфекций, имеют   ряд ограничений. Часто невозможно провести четкую дифференциацию между первичной инфекцией, реинфекцией или обострением инфекционного процесса, особенно при серодиагностике инфекций с нетипичной динамикой антителообразования, когда наличие иммуноглобулинов класса М (IgM) не является достоверным и достаточным признаком для дифференциации стадий заболевания.

Определение IgM, как показателя первичной инфекции, в ряде случаев утратило свое значение, так как было доказано, что их можно выявить в сыворотке периферической крови спустя месяцы или даже годы после наступления сероконверсии (так называемые хронические IgM). Кроме того, выявление IgM может дать ложнопозитивные результаты. Например, вследствие вторичной инфекции (экзогенная реинфекция или эндогенная реактивация инфекции). Было показано, что специфические IgA также могут присутствовать в сыворотке периферической крови через 2-3,5 года с момента зарегистрированной сероконверсии.

Серологическая диагностика, основанная на определении титра специфических иммуноглобулинов класса G (IgG) может быть полезной при дифференциации активного периода болезни от перенесенной в прошлом и уже неактивной инфекции. Однако этот метод имеет ряд ограничений: не позволяет дифференцировать первичную и реинфекцию; у пациентов с реактивацией хронического процесса не всегда наблюдается достоверный рост уровня IgG; метод экономически невыгоден.

Для того, чтобы установить точный момент инфицирования и разграничивать первичную, реинфекцию или реактивацию инфекционного процесса, был предложен тест на  определение авидности IgG антител.

Различают два понятия: аффинность антител (или аффинитет) и авидность (или авидитет).

Аффинность — это степень специфического сродства активного центра к антигенной детерминанте. Авидностью антител или функциональной аффиностью называется прочность связи между антителом и антигеном. Величина авидности зависит от аффиности специфических антител (выше аффиность — выше авидность) и количества связывающих центров. Первичный иммунный ответ на ранее не встречаемые организмом антигены начинается с продукции иммуноглобулинов класса М. Специфические IgG появляются позже. При первичном иммунном ответе они сменяют ранние антитела IgM и накапливаются в организме в больших количествах.

Под воздействием антигена происходит процесс отбора и стимуляции В-клеток, что приводит к увеличению аффинности IgG антител, низкой после первого контакта с антигеном и возрастающей в течение последующих недель или месяцев (от 1 до 7).

Соматические мутации в генах, кодирующих вариабельные участки IgG, приводят к возрастанию прочности связывания в комплементарных участках антигенов и антител. В конце первого месяца после инфицирования вариабельные участки антител становятся более специфичными по отношению к антигену, и аффинность IgG антител возрастает. Этот процесс называют «созреванием» (от maturation — созревание) антител. Высокоаффинные антитела остаются в организме длительное время. За счет этих антител развивается быстрый вторичный иммунный ответ в случае повторного попадания возбудителя в организм.

Под воздействием антигена происходит процесс отбора и стимуляции В-клеток, что приводит к увеличению аффинности IgG антител, низкой после первого контакта с антигеном и возрастающей в течение последующих недель или месяцев (от 1 до 7). Соматические мутации в генах, кодирующих вариабельные участки IgG, приводят к возрастанию прочности связывания в комплементарных участках антигенов и антител. В конце первого месяца после инфицирования вариабельные участки антител становятся более специфичными по отношению к антигену, и аффинность IgG антител возрастает. Этот процесс называют «созреванием» (от maturation — созревание) антител. Высокоаффинные антитела остаются в организме длительное время. За счет этих антител развивается быстрый вторичный иммунный ответ в случае повторного попадания возбудителя в организм.

Уровень авидности пропорционален дозе и природе антигена, а также индивидуальному уровню соматических мутаций. Низкие дозы антигена приводят к более быстрому возрастанию авидности, а высокие дозы — к более медленному. Таким образом, низкоавидные антитела продуцируются в течение первой стадии инфекции, когда содержание антигенов обычно высокое.

С возрастом эффективность селекции специфических антител падает, а следовательно процесс созревания антител замедляется, этим объясняется меньшая устойчивость к инфекциям лиц старше 60-65 лет и неэффективность вакцинации в этом возрасте. Выявление в испытуемой сыворотке антител с индексом авидности ниже 15-50% (у разных производителей и разных возбудителей этот показатель разный и указывается в бланке исследования) указывает на свежую первичную инфекцию. Показатель авидности. равный или превышающий 50%, свидетельствует о наличии в сыворотке высокоавидных антител — маркеров перенесенной в прошлом инфекции или персистирующей инфекции. Показатель авидности антител в интервале 31-49% может свидетельствовать о поздней стадии первичной инфекции или недавно перенесенной инфекции только при условии выявления антител в высокой концентрации. Интерпретацию результатов определения индекса авидности необходимо проводить в соответствии с рекомендациями фирмы — производителя, так как величина ИА для одной и той же стадии заболевания может колебаться в широких пределах.

Если в исследуемой сыворотке крови при наличии или отсутствии IgM обнаруживаются IgG с низкой авидностью, то это свидетельствует о первичной (недавней) инфекции. Наличие же высокоавидных антител IgG говорит о вторичном иммунном ответе в случае попадания возбудителя в организм или обострения (реактивации).

 

КЛИНИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ НИЗКОАВИДНЫХ АНТИТЕЛ

Применение метода определения авидности антител представляет интерес при диагностике инфекций.                                                                                                                                                         

Краснуха обладает бесспорным тератогенным действием, т.е. приводит к формированию пороков развития эмбриона и плода. У беременных краснуха может протекать тяжело, легко и бессимптомно. Внутриутробное заражение плода возможно при любой форме краснушной инфекции. Распознавание инфекции, особенно в период вспышек, больших затруднений не вызывает.

Однако для точной диагностики необходимо выделение вируса, которое технически не всегда выполнимо. Лабораторная диагностика обычно заключается в определении IgG и IgM антител, в основном у беременных, так как риск рождения неполноценного или мертвого ребенка у инфицированной матери очень высок и обычно рекомендуется прерывание беременности. Однако диагностика, основанная на определении антител, может давать ложноположительные  и  ложноотрицательные  результаты.  Так,  при  повторной  инфекции   у вакцинированных, которая может произойти в случаях низкого иммунного ответа при вакцинации, или может быть вызвана мутантными штаммами вируса, IgM антитела не образуются, возрастание титров IgG антител также наблюдается не всегда. У новорожденных с первичной инфекцией вследствие внутриутробного инфицирования, IgM антитела могут не синтезироваться в силу ряда причин:

- незрелость иммунной системы;

- блокирование вирусного антигена материнскими антителами;

- инфицирование на поздних стадиях беременности;

- иммунная толерантность.                                                                

Если происходит стимуляция клонов лимфоцитов вируса краснухи, может возникать ложноположительный антительный ответ, особенно для антител класса IgM. Было показано, что IgM антитела могут персистировать в течение года или возникать в случаях реинфекции, особенно у иммунодепрессивных пациентов. Кроме того, могут возникать ложноположительные результаты вследствие наличия ревматоидного фактора или подобных соединений, даже в ловушечном варианте теста. Только определение низкоавидных антител может быть диагностическим маркером первичной инфекции вирусом краснухи, что особенно важно при диагностическом обследовании беременных, когда необходимо дифференцировать первичную инфекцию от вторичной или реактивации инфекции.

 

Токсоплазмоз.  Известно, что проявление клинических симптомов при приобретенном токсоплазмозе имеет низкое диагностическое значение для точного определения длительности инфекционного процесса.

Увеличение лимфоузлов может возникать в разное время с момента первичной инфекции, а нередко может сохраняться длительное время или даже возобновляться в более поздний период болезни, независимо от применения специфического противопаразитарного лечения.

До настоящего времени единственными доступными серологическими тестами для определения острой фазы токсоплазмоза являлись определение IgM антител и определение IgG антител в возрастающих титрах в двух или трех образцах сывороток, что, однако, приводит к задержке постановки диагноза. Кроме того, у пациентов с реактивацией хронического токсоплазмоза значительный рост уровня антител IgG отмечается не всегда, особенно это касается детей и подростков с поражением глаз при врожденном токсоплазмозе.

Интерпретация результатов исследований других иммуноглобулинов также вызывает затруднения. Основной недостаток определения IgM антител — длительная персистенция в крови, в связи с чем возникают трудности в установлении окончания острой фазы заболевания. У 40% пациентов IgM антитела выявляются в течение года с момента заражения при использовании ИФА, у 60% — при использовании высокочувствительного метода иммуноадсорбции. Также как IgM, специфические IgA присутствовали в сыворотке периферической крови через 45 месяцев с момента зарегистрированной сероконверсии, в течение 2-летнего периода серологического наблюдения и через 8 месяцев с момента появления признаков лимфоаденопатии. С другой стороны, у определенных категорий пациентов, например у детей, IgM антитела вообще не образуются.

Определение авидности IgG антител является высокоспецифичным и чувствительным методом диагностики острого первичного токсоплазмоза, что особенно важно при обследовании беременных для устранения потенциального риска появления врожденного токсоплазмоза у детей.

Недавно была разработана методика измерения антигенсвязывающей авидности (функциональной аффинности) IgG антител к Toxoplasma gondii, позволяющая разделить низкоаффинные антитела от высокоаффинных, которые указывают на перенесенную в прошлом инфекцию. С помощью этой методики первичная инфекция может быть идентифицирована с использованием единственной порции сыворотки.

 

Инфекции, вызываемые вирусом простого герпеса. Частота инфицирования новорожденных у  женщин   субклинической  формой  простого  герпеса   составляет   3-5%  при хронической инфекции и доходит до 30-50% при заражении во время беременности (первичная инфекция). Инфекции, вызываемые вирусами простого герпеса, цитомегаловирусом относятся к инфекциям с нетипичной динамикой антителообразования (когда наличие IgM не является достоверным и достаточным признаком для дифференциации стадий заболевания).                                                   Определение IgM антител может давать ложноотрицательные результаты, поскольку они могут вообще не образовываться, или присутствовать в количествах, трудных для  определения.

Ложноположительные результаты могут возникать по следующим причинам: длительная персистенция  IgM  антител  или   их  присутствие  может  быть  не  связано с  инфекцией;  IgM

антитела могут определяться при реактивации инфекции или при вторичной инфекции, например, вирусом иммунодефицита человека; различные вирусы могут иметь общие эпитопы (например, вирус простого герпеса и вирус варицелла-зостер), что приводит к возникновению перекрестных реакций. Диагностика активной фазы инфекции по 4-кратному возрастанию титра IgG также может вызывать затруднения, поскольку титр IgG антител может увеличиваться достаточно быстро (в течение 1-2 суток) после проявления симптомов заболевания.

Таким образом, определение серологических маркеров этих инфекциях не может служить специфичным тестом для дифференциации между первичной инфекцией и реактивацией.                                                    Заражение вирусом простого герпеса (ВПГ) ведет к пожизненной персистенции с возможностью реактивации вируса и перекрестного заражения другим серотипом ВПГ. Преобладание хронических и бессимптомных форм течения болезни, а также возможность атипичных проявлений ставит под сомнение диагностику по внешним признакам. Приблизительно 20% больных ВПГ-2 не имеют симптомов вообще, а 60% лиц имеют признаки, которые невозможно диагностировать и которые не принимаются врачом и самими больными за герпес (нетипичные проявления). Обе эти группы имеют риск заразить своих партнеров. Специфические IgM не могут быть использованы в качестве достоверного маркера для диагностики острой и, особенно, первичной инфекции, так как IgM к ВПГ могут образовываться как при первичном инфицировании, так и при реинфекции и реактивации вируса, но в то же время они способны вырабатываться в достаточном для диагностики количестве только у 30% людей.                                  

Единственным способом, позволяющим сразу и достоверно диагностировать первичную инфекцию, является определение индекса авидности специфических антител.

 

Цитомегаловирусная инфекция (ЦМВИ) — самая распространенная внутриутробная инфекция и одна из наиболее частых причин невынашивания беременности. Риск внутриутробного инфицирования и характер поражения плода зависят от наличия антител у матери и срока инфицирования плода. При первичном инфицировании серонегативной беременной риск передачи плоду составляет примерно 50%.

Диагностика первичной ЦМВИ обычно основывается на определении сероконверсии, наличия высокого титра специфичных IgM или четырехкратного возрастания титра специфических IgG. В связи с тем, что момент сероконверсии и возрастание титров IgG диагностировать достаточно трудно, IgM антитела являются наиболее часто используемым маркером для диагностики острой инфекции. Однако у некоторых больных IgM антитела сохраняются длительное время, что приводит к гипердиагностике острой инфекции.

Определение авидности антител IgG рассматривается как наиболее важный серологический маркер, поскольку низко- и высокоавидные антитела IgG доминируют соответственно при недавней или длительно текущей инфекции.                                                                                               Использование теста на авидность IgG при позитивной реакции на IgM антитела помогает подтвердить или исключить наличие первичной ЦМВИ и в ряде случаев помогает избежать необоснованных инвазивных процедур.

Вирусный гепатит С. Лабораторная диагностика гепатита С (ВГС) основана на выявлении специфических маркеров инфицирования (IgM и IgG антитела к ВГС, РНК ВГС). lgM-ответ  в   острой   фазе   гепатита   С не следует классическому пути антителообразования: IgMанти-HCV могут выявляться одновременно и даже позднее, чем анти-ВГС класса IgG. Поэтому обнаружение IgM анти-ВГС не может быть использовано как маркер острой HCV-инфекции. Вместе с тем, длительность циркуляции антикор-lgM (3-5 месяцев) является фактором, прогнозирующим персистентную инфекцию, а их появление при хроническом гепатите С свидетельствует о реактивации вируса, т.е. об обострении процесса. Единственным достоверным фактором подтверждения первичной инфекции ВГС является сероконверсия.

Индекс авидности IgG при первичной ВГС инфекции имеет низкие значения и возрастает с течением времени, что подтверждает целесообразность использования определения авидности IgG антител для дифференциальной диагностики первичной инфекции от хронической или перенесенного гепатита С.

             

     НОВОЕ В ДИАГНОСТИКЕ УРЕАПЛАЗМОЗА,    

МИКОПЛАЗМОЗА, ЦИТОМЕГАЛОВИРУСНОЙ  ИНФЕКЦИИ

Развитие гуморальной защиты у человека при различных инфекциях представлены следующими основными классами иммуноглобулинов: IgM, IgG, IgA.

IgM (ранние иммуноглобулины) вырабатываются при первичном инфицировании или активизации хронической инфекции. Методом ИФА они выявляются с 5 дня от начала заболевания (обострения) по 5-6-ю недели, после чего IgM исчезают из кровотока, так как плазматические клетки переходят на продукцию IgG и IgA.

IgG (поздние, наиболее специфические иммуноглобулины) - главный инструмент иммунной системы по контролю над инфекциями. С помощью ИФА IgG выявляются с 3-4-й недели от начала заболе­вания (обострения) и исчезают из кровотока через несколько месяцев после эрадикации возбудителей. Именно IgG определяют стерильный иммунитет - поствакцинальный или постинфекционный пожиз­ненный.

IgA (секреторные иммуноглобулины) начинают вырабатываться через 4 недели от момента инфи­цирования. 20% от общего пула IgA циркулируют в крови, а 80% находятся в составе секрета слизи­стых оболочек, где и реализуют свою защитную функцию. Диагностическую ценность IgA придает тесная зависимость их продукции от раздражения иммунной системы антигеном возбудителя. Так, через 2 недели после эрадикации инфекта IgA исчезают из кровотока, что является ценным критерием излеченности заболевания.

В лабораторной диагностике важно учитывать, что отдельный серологический тест не может быть использован для постановки диагноза. Определение только IgM недостаточно, т.к. отсутствие антител этого класса еще не говорит об отсутствии заболевания; острой формы заболевания нет, но может быть хроническая. Также необходимо одновременно проводить определения IgA и IgG. Четкое нарастание IgG в парных сыворотках свидетельствует об активном течении инфекций. Уменьшение титра или исчезновение иммуноглобулинов класса А и М подтверждает элиминацию возбудителя.

Стандартом  серологической диагностики уреаплазмоза, микоплазмоза, ЦМВИ является новая диагностическая тест-система для одномоментного выявления индивидуальных антител  класса  G, А, М . Данная тест-система сможет дать клиницистам полную картину заболевания, позволит быстро и точно определить тактику правильности проводимой тера­пии. По динамике уровня специфических антител, определяемых ИФА-методом, можно установить характер и стадию заболевания.

 

Интерпретация результатов, основанных на определении комбинации IgG, IgM, IgA- антител

Уровни антител

Интерпретации результатов

IgG

JgM

 IgA

 

Отрицательный

Отрицательный

Отрицательный

Не показывает инфекцию

Отрицательный или положительный

Положительный

Отрицательный

Означает текущую инфекцию

Положительный

Отрицательный

Отрицательный

Означает перенесенную или текущую инфекцию

Отрицательный или положительный

Отрицательный

Положительный

Означает текущую или хроническую инфекцию

 

 

ЛИСТЕРИОЗ                                           

Внутриутробная инфекция (ВУИ) является одной из важнейших проблем современного акушерства и перинатологии. По данным ряда авторов ВУИ развивается у 27,4 – 36,6 % детей, рожденных живыми, а в структуре причин смертности новорожденных  инфекционная патология занимает 1 – 3 место, обуславливая от 11 до 45% потерь; мертворожденность при этой патологии достигает 14,9 – 16,8%. Возбудителями ВУИ являются бактерии, вирусы, грибы, простейшие и риккетсии. Среди безусловных антенатальных возбудителей определенная роль отведена листериям, как представителям зооантропонозных инфекций.

Пищевой путь проникновения листерий в организм человека является основным, хотя не следует забывать и о других путях: воздушно-пылевом, через конъюнктиву глаза и поврежденные кожные покровы. В последнее время было установлено длительное нахождение листерий в органах и секретах мочеполового тракта. При внутриутробном инфицировании – может быть восходящий, нисходящий и контактный пути заражения. Наибольшую опасность листериозная инфекция представляет для беременных и новорожденных. Она обуславливает выкидыши, мертворождения, развитие пороков плода, а также менингиты, сепсис и пневмонии новорожденных.

При неонатальном листериозе выделяют листериоз с ранним и поздним началом. Листериоз с ранним началом, как результат ВУИ, проявляется в 1-2 сутки после рождения в форме сепсиса, который представляет собой крайне тяжелое и часто фатальное заболевание, летальность достигает 70-80%. Листериоз с поздним началом развивается в среднем через 10-12 дней после рождения и протекает, как правило, в форме менингита, летальность составляет 30-35%.

Диагностика листериоза представляет значительные трудности в связи с многообразием клинических проявлений и сходством с рядом других более часто встречаемых заболеваний (токсоплазмоз, сифилис, герпетическая, цитомегаловирусная, стафилококковая инфекция, иерсиниоз и т.д.) Учитывая коварство листериоза, исключительно важна ранняя диагностика этого заболевания.

Показания к назначению анализа:

  • повторные ангины,
  • воспаление яичников, шейки матки,
  • наличие отягощенного акушерского анамнеза,
  • патологическое течение беременности,
  • патологическое течение родов,
  • гибель новорожденного,
  • дети, имеющие отклонения в росте, развитии, страдающие неврологической патологией.
  •  
  •  
  •  ГИПЕРГОМОЦИСТЕИНЕМИЯ КАК  ЭТИОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКТОР РЕПРОДУКТИВНОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ ПРИ ТРОМБОФИЛИИ

 

В последние годы появились данные о важной роли гипергомоцистеинемии в патогенезе микроциркуляторных и тромботических осложнений при различных заболеваниях, в том числе и в акушерской практике. Гипергомоцистеинемия рассматривается в настоящее время как фактор повышенного риска целого ряда акушерских осложнений, таких, как привычное невынашивание беременности, бесплодие в результате дефектов имплантации зародыша, гестозы, преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты, антенатальная смерть плода, тромбозы и тромбоэмболии. Наряду с некоторыми другими нарушениями обмена, гипергомоцистеинемия является независимым фактором риска развития, как атеросклероза, так и различных тромбоассоциированных осложнений.

Гомоцистеин представляет собой серосодержащую аминокислоту, синтезируемую в организме из незаменимой аминокислоты метионина путем реакции трансметилирования – при этом метионин сначала переходит в «активный» метионин. Далее метильная группа от метионина передается соединению, которое подвергается метилированию с образованием S-аденозилгомоцистеина. Образующийся далее гомоцистеин способен конвертироваться обратно в метионин - по пути реметилирования, либо по пути транссульфурирования в цистеин.

Гомоцистеин не является структурным элементом белков, а потому не поступает в организм с пищей. Единственный его источник - метионин. Пути метаболизма гомоцистеина требуют участия витаминов (фолатов, витаминов В6 и В12, флавинадениндинуклеотидов) в качестве кофакторов или субстратов ферментов. Для превращения избытка гомоцистеина в метионин нужны высокие концентрации активной формы  фолиевой  кислоты -  5-метилтетрагидрофолата.  Основным  ферментом, обеспечивающим превращение фолиевой кислоты в ее активную форму, является 5,10 метилентетрагидрофолат-редуктаза. Для превращения гомоцистеина в цистеин путем реакции транссульфурирования необходим фермент цистатионин-синтетаза (СВS). Кофактором СВS служит пиридоксальфосфат (витамин В6).

 

Внутриклеточный обмен гомоцистеина.

При невозможности полноценного реметилирования гомоцистеина или его превращения в цистеин, развивается состояние гипергомоцистеинемии.

Гипергомоцистеинемия сама по себе является мультифакториальным процессом, с вовлечением генетических и негенетических аспектов метаболизма гомоцистеина. Нормальное содержание гомоцистеина в плазме крови составляет 5-12 мкмоль/л. Легкой степенью гипергомоцистеинемии считается 15-30 мкмоль/л, средней степенью - 31-100 мкмоль/л. а тяжелой более 100 мкмоль/л.

В течение жизни концентрация гомоцистеина в крови постепенно повышается. До периода полового созревания уровни гомоцистеина у мальчиков и девочек примерно одинаковы (около 5 мкмоль/л). В период полового созревание уровень гомоцистеина повышается до 6-7 мкмоль/л, у мальчиков это повышение более выражено, чем у девочек. У взрослых уровень гомоцистеина колеблется в районе 10-11 мкмоль/мл, у мужчин этот показатель обычно выше, чем у женщин. С возрастом уровень гомоцистеина постепенно возрастает, причем у женщин скорость этого нарастание выше, чем у мужчин. Постепенное нарастание уровня гомоцистеина с возрастом объясняют снижением функции почек, а более высокие уровни гомоцистеина у мужчин — большей мышечной массой.

Уровень гомоцистеина в крови может повышаться по многим причинам. Одним из факторов является повышенное поступление метионина с пищей. Поэтому во время беременности дополнительное назначение метионина в таблетках, до сих пор практикуемое некоторыми врачами, следует проводить с осторожностью и под контролем уровня гомоцистеина. Самыми частыми причинами повышения уровня гомоцистеина являются витаминодефицитные состояния. Особенно чувствителен организм к недостатку фолиевой кислоты  и  витаминов  В6, В12  и  В1.  Повышенную склонность к гипергомоцистеинемиии имеют курящие. Потребление больших количеств кофе является одним из самых мощных факторов, способствующих повышению уровня гомоцистеина в крови. У лиц, выпивающих более 6 чашек кофе в день, уровень гомоцистеина на 2-3 мкмоль/л выше, чем у не пьющих кофе. Предполагается, что негативное действие кофеина на уровень гомоцистеина связано с изменением функции почек, а с другой стороны, через взаимодействие с витамином В6 (снижая его уровень). Уровень гомоцистеина часто повышается при сидячем образе жизни. Умеренные физические нагрузки способствуют снижению уровня гомоцистеина при гипергомоцистеинемии. Потребление небольших количеств алкоголя может снижать уровень гомоцистеина, а большие количества спиртного способствуют росту гомоцистеина в крови (ингибиция метионин-синтетазы ацетальдегидом, снижение уровня фолатов, витамина В12 и/или В6).

На уровень гомоцистеина влияет прием целого ряда лекарств. Механизм их действия может быть связан с влиянием на действие витаминов, на продукцию гомоцистеина, на функцию почек, и на уровень гормонов. Особенное значение имеют метотрексат (антагонист фолиевой кислоты, часто применяется для лечения псориаза), противосудорожные препараты (фенитоин и др., опустошают запасы фолиевой кислоты в печени), закись азота (препарат, использующийся при наркозе и при обезболивании родов, инактивирует витамин В12), метформин (препарат, использующийся для лечения сахарного диабета и синдрома поликистозных яичников) и антагонисты Н2-рецепторов (влияют на всасывание витамина В12), эуфиллин (подавляет активность витамина В6, часто применяется в акушерских стационарах для лечения гестозов). На уровень гомоцистеина может неблагоприятно влиять прием гормональных контрацептивов, но это бывает не всегда. Еще одним фактором, способствующим повышению уровня гомоцистеина, являются некоторые сопутствующие  заболевания.  Самыми  важными  из  них являются витаминодефицитные состояния и почечная недостаточность. Заболевания щитовидной железы, сахарный диабет, псориаз и лейкозы могут способствовать значительному росту уровня гомоцистеина в крови. Одной из главных причин витаминодефицитных состояний, приводящих к гипергомоцистеинемии,    являются   заболевания   желудочно-кишечного    тракта, сопровождающиеся нарушением всасывания витаминов (синдром мальабсорбции). Это объясняет более высокую частоту сосудистых осложнений при наличии хронических заболеваний ЖКТ, а также то, что при В12-витаминодефиците частой причиной смерти служит не анемия, а инсульты и инфаркты.

 

Участие гомоцистеина в запуске тромбозов

При функциональной недостаточности фермента или снижении количества витамина В12 гомоцистеин еще не элиминируется за пределы клетки, а подвергается воздействию фермента СВS при каталитическом участии витамина В6 и через промежуточный продукт цистатионин необратимо трансформируется в цистеин. Если обе реакции не протекают внутри клетки, то гомоцистеин элиминируется в межклеточное пространство и кровоток. Это своеобразная защитная реакция от токсического влияния гомоцистеина на клетку. Повышенный уровень гомоцистеина вызывает повреждение сосудистой ткани, нарушая коагулянтный баланс. При этом гомоцистеин может оказывать как непосредственное цитотоксическое влияние на эндотелий, так и повреждать его посредством других молекул. Одновременно усиливается потребление оксида азота, который используется для нейтрализации   гомоцистеина.    Неутилизироваиный    гомоцистеин   подвергается аутоокислению с образованием Н2О2, супероксидных и гидроксильных радикалов, повреждающих эндотелий. Кроме того, под влиянием гомоцистеина происходит чрезмерная пролиферация гладкомышечных клеток сосудистой системы.

Повышенный уровень гомоцистеина вызывает активацию и гиперагрегацию тромбоцитов. Характерным является повышение уровня агониста агрегации тромбоцитов и вазоконстриктора тромбоксана А2.

Гомоцистеин сам по себе обладает прокоагулянтный свойствами, вызывая активацию XII фактора, V фактора и тканевого фактора. Другими возможными механизмами является снижение активности антитромбина III и эндогенного гепарина, как в циркуляции, так и на эндотелии, а также уменьшение содержания на поверхности внутренней выстилки сосуда тромбомодулина.

Учитывая особенности физиологической адаптации системы гемостаза к беременности, абсолютное большинство генетических и приобретенных форм тромбофилии клинически проявляются именно в течение гестационного процесса, и как оказалось, не только в форме тромбозов, но и в форме типичных акушерских осложнений. Процесс имплантации, инвазии трофобласта и дальнейшее функционирование плаценты представляется многоступенчатым процессом   эндотелиально-гемостазиологических   взаимодействий   со   сложной  регуляцией, который объективно нарушается при тромботической тенденции и в случае генетических дефектов свертывания. И проявляться эти нарушения могут на всех сроках беременности, начиная с момента зачатия. Микротромбообразование и нарушения микроциркуляции при гипергомоцистеинемии приводят к целому ряду акушерских осложнений. Нарушение плацентарной функции при этом возникает в результате микротромбозов в межворсинчатом пространстве и сосудах плаценты и сопутствующего тромбофилии дисбаланса между тромбоксаном А2 и простациклином, приводящим к спазму спиральных артерий и резкому повышению резистентности сосудистого русла матки.

Нарушение плацентации и фетоплацентарного кровообращения (изменение качества спиральных артерий и нарушение процесса инвазии их в трофобласт) могут быть причиной репродуктивной недостаточности на ранних сроках: невынашивания беременности и бесплодия в результате дефектов имплантации зародыша. На более поздних стадиях беременности  гипергомоцистеинемия  является  причиной  развития  хронической фетоплацентарной недостаточности и хронической внутриутробной гипоксии плода. Это приводит к рождению детей с низкой массой тела и снижению функциональных резервов всех жизнеобеспечивающих систем новорожденного и развития целого ряда осложнений периода новорожденности.

Гипергомоцистеинемия может быть одной из причин развития генерализованной микроангиопатии во второй половине беременности, проявляющейся в виде позднего токсикоза (гестоза): нефропатии, преэкламсии и экламсии. Для гипергомоцистеинемии характерно развитие тяжелых, часто неуправляемых состояний, которые могут приводить к досрочному прерыванию  беременности  по  медицинским  показаниям.  Рождение  незрелого недоношенного ребенка в таких случаях сопровождается высокой детской летальностью и большим процентом неонатальных осложнений.

Гомоцистеин свободно переходит через плаценту и может оказывать тератогенное и фетотоксическое действие. Было доказано, что гипергомоцистеинемия является одной из причин анэнцефалии и незаращения костномозгового канала. Анэнцефалия приводит к стопроцентной летальности, а «spina bifida» — к развитию серьезных неврологических проблем у ребенка, включая моторный паралич, пожизненную инвалидность и преждевременную смерть. Нельзя исключить прямое токсическое действие избыточного уровня гомоцистеина на нервную систему плода. Часто   наблюдается   сочетание   наследственных   или   приобретенных   форм гипергомоцистеинемии с повышением уровня антител к фосфолипидам (кардиолипину). В этом случае образование таких антител может рассматриваться как вторичная аутоиммунная реакция. В части случаев образование антител к фосфолипидам (кардиолипину) не связано с гипергомоцистеинемией   (заболевания  соединительной  ткани,  прием   некоторых лекарственных  средств,  вирусная  и  бактериальная  инфекция,  злокачественные новообразования). Показана роль гомоцистеина в нарушении репродуктивной функции у женщин, а также влияние гипергомоцистеинемии сочетанной с повышением уровня антител к фосфолипидам (кардиолипину), на увеличение риска проявления плацентарной недостаточности по сравнению с воздействием собственно гипергомоцистеинемии или антифосфолипидного синдрома. Это говорит о возможном потенцировании патологического воздействия гомоцистеина и антител к кардиолипину. Таким образом, гипергомоцистеинемия является самостоятельным многофакторным состоянием риска развития осложнений беременности с элементами каскадного самоусиления. Учитывая серьезность возможных последствий гипергомоцистеинемии, рекомендуется проверять уровень гомоцистеина всем женщинам, готовящимся к беременности. В обязательном порядке следует проверять уровень гомоцистеина у пациенток с бывшими ранее акушерскими осложнениями и у женщин, у родственников которых были инсульты, инфаркты и тромбозы в возрасте до 45-50 лет. Традиционные методики ведения тромбофилических состояний при беременности (в том числе и снижение уровней гомоцистеина) значительно улучшают прогноз беременности у женщин с факторами риска невынашивания беременности. Наши исследования показывают, что своевременная коррекция гипергомоцистеинемии позволяет резко снизить агрессию организма беременной женщины по отношению к плацентарной функции и в ряде случаев полностью устранить тромбофилическое состояние. Профилактическое назначение дополнительных доз фолиевой кислоты и витаминов группы В позволяет повысить порог активации системы гемостаза и снизить риск нарушения плацентарной функции. Это показывает, что необходимость и качество исследования гомоцистеинового профиля больных с клиникой сосудистой патологии является реальным шансом диагностического, лечебного и прогностического успеха в борьбе с акушерскими осложнениями, а также с большинством сосудистых патологий.

 

    ПРЕНАТАЛЬНЫЙ БИОХИМИЧЕСКИЙ СКРИНИНГ

РИСКА СИНДРОМА ДАУНА (ТРИСОМИЯ 21)

Второй триместр (15-18 неделя)

К биохимическим маркёрам пренататьного скрининга относят:

АФП (альфа-фетопротеин) - основной компонент фатальной сыворотки на ранних стадиях: беременности. Структурно схожий с альбумином белок (молекулярная масса около 70000 Да) вырабатывается желточным мешком и печенью плода. Белок экскретируется в амниотическую жидкость с мочой плода, проникает в кровь матери через плаценту и всасывается через плодные оболочки.

АФП выявляется в крови матери, начиная с 5—6 недель. Открытые дефекты заращения невральной трубки (ДНТ) ведут к излитию фетальной жидкости в амниотическую полость, вследствие чего резко возрастает концентрация АФП в крови матери. Поэтому повышение уровня АФП в материнской сыворотке во 2-м триместре беременности с высокой степенью вероятности указывает на наличие ДНТ у плода. Существенные повышения уровня АФП в крови матери наблюдаются также при других патологических состояниях плода (гастрошизис, аномалии почек), угрозе прерывания беременности и пр. В то же время в 30% случаев хромосомных нарушений у плода (синдромы Дауна и Эдвардса) уровень АФП в диагностические сроки (15—20-я недели беременности) оказывается сниженным.

РАРP-A (ассоциированный с беременностью белок А) - является тяжёлым гликопротеином, производным плаценты. На  протяжении беременности он продуцируется в высоких концентрациях трофобластами и поступает в материнскую кровь. Уровни РАРР-А в материнской сыворотке возрастают после 7-й недели беременности. Его диагностическая  ценность наиболее высока именно в первом триместре беременности.

_ХГЧ (хорионический гонадотропин) - гликопротеин с молекулярной массой около 46000 Да, состоящий из двух субъединиц - альфа и бета. Белок секретируется клетками трофобласта. ХГЧ определяется сыворотке крови женщины, начиная с 10-12 дня после оплодотворения, то есть на 3—5 день после имплантации. Его концентрация быстро нарастает и достигает максимума к 8—10 неделям беременности. Уровень ХГЧ в крови беременной при синдроме Дауна у плода обычно повышается, а при синдроме Эдвардса – снижается.

НЭ (неконъюгированный (свободный) эстриол) - продуцируется фетоплацентарным комплексом. Дегидроэпиандростерон (ДГЭАС) превращается в альфа-гидрокси-ДГЭАС в печени плода и затем в эстриол в плаценте. Эстриол проникает в материнский кровоток, где можно определить его концентрацию. По концентрации НЭ в сыворотке крови беременной можно судить о состоянии плода. В норме уровень НЭ нарастает на протяжении всей беременности.

Сдавайте анализы постоянно в одной и той же лаборатории – и вашему врачу будут примерно известны Ваши личные показатели нормы и любое отклонение от нормы будет сразу им замечено.